Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Сам черт не разберет, отчего у нас быстрее подвигаются те, которые идут назад.
Маргарет Тэтчер, премьер-министр Великобритании
Latviannews
English version

Посольство Латгалии GORS и его душа Диана Зирниня

Поделиться:
Хозяйка GORS Диана Зирниня.
Она не вошла, а влетела в кафе на крыше Резекненского концертного зала, где мы ее ждали после замечательного выступления пианиста Андрея Осокина и актера Гирта Круминьша в постановке «Музыка и поэзия Серебряного века». Легкая, стремительная, молодая и обаятельная Диана Зирниня, хозяйка GORS, буквально летает весь день по комплексу, окрыленная своим любимым делом. Как отчаянная девчонка из глубинки Латгалии стала успешной бизнесвумен и главой одного из крупнейших в Балтии культурных центров — «Открытый город» спросил у нее самой.

Не боюсь интересных предложений

Против слова «бизнесвумен» Диана сразу протестует.

— Скорее я креативная женщина, — смеется наша героиня, — у меня неплохо получается начинать и реализовывать новые дела. Что, конечно, может пригодиться и в бизнесе. С одной стороны, десять лет моя душа в Посольстве Латгалии GORS, и для меня это место культуры. С другой стороны, я понимаю, что надо смотреть на свою работу, как на бизнес, и я это делаю, но ставить только бизнес на первое место не хочу. Бизнес — это деньги, сделки, договоры, и мне, конечно же, приходится решать денежные вопросы и порой принимать непростые решения. Но я все делаю с душой, с креативом. Наверное, некоторым кажется, что я карьеристка. Но я никогда не выстраивала план своей карьеры по пунктам, просто я не боюсь интересных предложений, не боюсь рисковать. Если оглянуться назад, то некоторые поступки можно назвать сумасшествием, но мне всегда было интересно. А если неинтересно, то нет смысла чем-то заниматься. Без души вообще ничего не надо делать, энергетика в любом деле очень важна.

Дух, душа — вы часто произносите эти слова, они даже заложены в названии центра. Как оно родилось?
GORS — по-латгальски «дух», а GARS — по-латышски «дух». Таким образом, мы постарались передать латгальский дух. Люди мыслят стереотипами, и я прекрасно понимала, что если мы будем сами придумывать название для концертного зала, то тоже не сумеем избежать стереотипов. Поэтому решили посмотреть на это со стороны: попросили помощи у профессионалов и искали решение совместно. Мы разговаривали со многими людьми, обсуждали разные варианты, нельзя сказать, что мы придумали это название легко и просто, посидев однажды за бокалом вина.

Диана, как вы сами оказались в GORS?
В нашей жизни много совпадений, знаков, надо только уметь их угадать и прочесть, хотя не всегда мы сразу понимаем, что происходит. Волею судьбы я оказалась у истоков самой идеи рождения этого культурного центра. На тот момент я работала руководителем отдела пиара Резекненской городской думы, и мы долго вели дискуссии на тему: быть или не быть у нас такому интересному объекту. Люди рассуждали примерно так: «Зачем нам концертный зал, кто туда пойдет, давайте мы лучше дорожку на кладбище сделаем». Местная газета так и писала. А моя задача была найти общий язык с людьми, рассказать, объяснить, что и как, почему нам нужен именно концертный зал. И это была моя первая встреча с GORS.

Потом, когда его уже решили строить, был объявлен конкурс для архитекторов, и именно я публично открывала в думе конверт и объявляла победителей. Позже, в тот же день, по дороге домой я зашла в книжный магазин и взяла в руки маленький томик стихов Оярса Вациетиса, раскрыла наугад и увидела стихотворение Putns ar zīda asti («Птица с шелковым хвостом»): «Pie tevis atlidos putns ar zīda asti un svešā valodā neatlaidīgi prasīs, lai tu mācies lidot…Nedzen projām to putnu ar zīda asti» (К тебе прилетит птица с шелковым хвостом и будет на чужом языке требовать, чтобы ты научился летать… Не прогоняй прочь птицу с шелковым хвостом). И мне стало так странно: только что победил архитектурный проект с названием Zīdaste, я захожу в книжный магазин, и первое стихотворение, которое я открываю, — Putns ar zīda asti. Я купила эту книжку.

А при регистрации компании нужен был член правления, так я начала работать в GORS. Для меня это не просто совпадения, думаю, когда-то давно все уже было предрешено.
 
30 мая 2013 года в Резекне открылся Восточно-латвийский региональный многофункциональный концертный зал Посольство Латгале GORS (gors по-латгальски — «дух»).
С актером Улдисом Думписом и режиссером Янисом Стрейчем.
С дочкой Агнесе.
Диана в детстве.
Открытие GORS 30 мая 2013 года.
С Максимом Галкиным.
Гордость центра — уникальные по акустике концертные залы.
С дочкой Агнесе и мужем Янисом.
Количество посетителей комплекса за год — 180 тысяч человек.

Хорошо там, где мы есть

Вы, наверное, большая патриотка своего города. Вы здесь родились?
Я родилась недалеко от Резекне, в небольшом местечке Плешауниеки, там же окончила начальную школу. Кстати, в моем классе я была единственной девочкой, остальные все мальчишки, и это было прекрасно. Мне вообще легче найти общий язык с мужчинами, с ними намного проще, чем с женщинами, они говорят то, что думают. И это решает очень много проблем.

Но сказать, что я патриотка своего края — было бы слишком просто. Перед тем, как у меня появилась возможность взять ответственность за GORS, который тогда только строился, и начать здесь работать, у меня появлялись мысли, что надо попробовать что-то другое, в другом месте. Патриотизм — это прекрасно, но мы все люди, у нас есть свои интересы, а я человек, избегающий рутины. Я подумывала о том, что, возможно, надо оставить работу в городской думе, уехать куда-нибудь подальше и заняться чем-нибудь другим. Возможно, кто-то это почувствовал, и мне предложили другую сферу. Я патриотка и Резекне, и Латгалии, и Латвии. Но мысли уехать были, и я не исключаю, что они вернутся, если что-нибудь поменяется. Сейчас же мне очень интересно жить в нашем городе. Если место, в котором ты живешь, преображается, и ты видишь результаты своего труда, тогда здесь и надо жить. А если ты патриот, но все время что-то требуешь, не давая взамен, — это неправильно.

Но опыт заграничной жизни у вас все-таки был…
Первый мой выезд за границу состоялся во время учебы на экономиста в Резекненской высшей школе. Один семестр я провела в Швеции в рамках программы обмена студентами Erasmus. Это совсем другое окружение, сотни студентов из самых разных стран и, можно сказать, первая взрослая жизнь. Интересно, что в Латвии тогда еще не было мобильных телефонов, а в Швеции даже маленькие дети с ними бегали. Интересный был опыт.

Уже после открытия концертного зала по программе культурного обмена я месяц прожила в США. Совершенно другие люди, другое мышление, культура, традиции.

Пару недель я также провела во Франции, а позже в Великобритании. Но самую большую роль в моем мировосприятии сыграла Америка. Люди разные, все прекрасные, и не надо переживать по поводу того, что кто-то не соответствует твоим стереотипам.

Во время учебы не возникало желания там остаться?
Нет, я вообще на это смотрю очень спокойно, в наше время переехать в какую-то страну не проблема. Хотя мне сейчас это уже не так легко, потому что у меня семья и хочется побыть дома. Но при моей работе есть возможность, даже живя в Резекне, не быть прикованной к одному месту, а, например, поучиться в Швеции или получать опыт в США. Если бы я жила по схеме дом-работа-дом-работа, то я, наверное, постаралась бы уехать отсюда.

Отличница и хулиганка

Вы ездили по программе культурного обмена в США. Какой опыт оттуда вы привезли на латгальскую землю?
Самое первое мое ощущение: мы в Латвии очень любим все критиковать. Как ты выглядишь, что ты делаешь, почему ты это начинаешь, да у тебя не получится, посмотрите, куда она полезла… А в США все наоборот. Тебе лишний раз скажут комплимент, и неважно, насколько он от души, он все равно тебя окрыляет: надо попробовать, надо сделать! Я это почувствовала, когда еще только начала работать в концертном зале. Мол, молодая девчонка, почему ее туда поставили? Что она там сделает? Она же ничего не знает. Никого не интересовало, что у этой молодой девчонки не только два бакалаврских диплома: экономиста и юриста, но и два магистерских по руководству предприятием и коммуникации. Это было неважно, срабатывали стереотипы. И ты понимаешь, что каждый твой шаг на виду, что он все время под ударом критики. И тогда ты решаешь, что для тебя важнее: всем нравиться или делать то, что считаешь нужным, не оглядываясь на тех, кто шепчется у тебя за спиной.

К сожалению, наша любовь к критике часто убивает хорошие идеи, и не только идеи, по сути, и людей, их жизни. Потому что каждый из нас мечтает, но если раскритикует учитель, родители, супруг, — человек закрывается. Мы любим друг друга «есть», вместо того, чтобы поддерживать.

А какая вы были в детстве: хулиганка или послушная, примерная девочка? И как мама относилась к вашим начинаниям, хвалила или критиковала?
Два в одном. Со слов мамы, с одной стороны, я была очень послушным ребенком. В те дефицитные времена со мной даже можно было зайти в магазин игрушек, и я сама, добровольно, из него выходила, а это уже о многом говорит. Но в этом не моя заслуга, а педагогический талант моей мамы, потому что она всегда умела со мной договариваться. Мне даже иногда хотелось, лучше бы уже шлепнула меня разок ремнем, чем все эти долгие разговоры. С другой стороны, иногда я могла быть очень упрямой.

В школе я была круглой отличницей, пела и танцевала, пионер — всем ребятам пример. В то же время, если в школе что-то случалось, в первую очередь меня почему-то всегда вызывали. Во мне удивительным образом уживаются две противоположности: я могу быть очень правильной и в то же время склонной к приключениям. Я была отличница-хулиганка.

Семья у нас была исключительно женской, мама очень рано развелась с папой, поэтому мы с ней и стали сильными женщинами, наверное.

Мама меня никогда не критиковала, но и не хвалила. Я помню это ощущение, когда других детей хвалят, а меня почему-то нет. Не скажу, что мне этого сильно не хватало, потому что меня другие хвалили. Я была классным ребенком! (Смеется.) Но мама не любовалась мной, не перехваливала, как делают многие другие родители, когда ребенок на самом деле еще ничего не умеет. Хвалить надо, конечно, но похвала должна иметь под собой какое-то основание. Мама сумела оградить меня в детстве от каких-то серьезных взрослых проблем, я не была ими эмоционально загружена. В то же время мое детство не было безмятежным. Я знаю, что такое утром рано вставать и идти с мамой в поле собирать сено, деревенская жизнь мне хорошо знакома. Поэтому иметь свой дом точно не хочу, я понимаю, что такое его содержать, предпочитаю городскую квартиру (смеется).

Нет правильных рецептов воспитания

А как вы дочку растите? Есть какие-то особые правила воспитания?
У дочки в августе был день рождения, я смотрела старые фотографии и поняла, что моя стратегия воспитания довольно правильная. Но я не одна воспитываю ребенка, нас двое, и потом еще две бабушки и дедушка, и они тоже свою лепту вносят. Ты не можешь сказать, что это только твое воспитание. Кроме того, ребенок в детский сад ходит. Стараюсь ничего ей не навязывать, чтобы ей нравилось то, что она делает. Но это не означает, что я ей позволяю делать все, что она хочет. Я ее стараюсь направлять, чтобы ей что-то понравилось, но учу ответственности, должна присутствовать позиция «надо», делать не только то, что ты хочешь, но и то, что «надо». Она танцует, но иногда ей не хочется идти на спортивные танцы. Но все-таки «надо». Агнесе у меня очень добрая, слишком добрая иногда, как мне кажется, для нашего мира. Добрый человечек, который за всех заступится. Сейчас пошла в 1-й класс, и я переживаю, как там все сложится, ведь все мы знаем, что школьные коллективы бывают разные, со своими разборками между детьми и родителями.

Удается выкроить время для общения с ребенком?
Мы очень хорошая команда, у нас и папа много с Агнесе занимается, и бабушки, дедушка помогают. Но это не значит, что я с ней редко общаюсь. Мы очень много времени проводим вместе, я это стараюсь делать, потому что понимаю, что все ближе тот момент, когда ребенок скажет: «Мама, папа, оставьте меня в покое!» Я смотрела фотографии, где мы вместе, куда ездили, что делали, и надеюсь, что я уделяю ей достаточно внимания. Конечно, работа занимает очень много времени. Иногда я беру ее с собой на работу. Дочь наслушалась концертов. Но не всех подряд, конечно, чтобы не было переизбытка информации, чтобы ребенок сам решал, чего он хочет в жизни, а не смотрел, что мама работает с концертами и потом говорил: «Я тоже этого хочу!» Это неправильно. И нельзя, чтобы родители реализовывали какие-то несбывшиеся мечты через своих детей. Хотя в какой-то мере мы это делаем. Например, я тоже танцевала спортивные танцы. Как и Агнесе сейчас. Я почти поступила в музыкальную школу — теперь пойдет учиться играть на пианино Агнесе. Если бы все знали, как правильно воспитывать детей, было бы вообще все прекрасно. Но нет правильных рецептов воспитания.

Не могу не спросить, как деловые и креативные женщины выбирают мужей?
Во-первых, свою роль сыграла активная студенческая жизнь в Резекненской высшей школе. Янис был активным студентом, я была активная студентка. Школа не настолько большая, чтобы не увидеть друг друга. Во-вторых, танцевальный коллектив, где он тоже танцевал, в общем, встреча была неизбежной. Это, конечно, сближает, когда есть общие интересы. В-третьих, я его не выбирала, он выбрал меня. Как такую прекрасную, как я, не полюбить (смеется). Янис был очень настойчивый, после моих радиоэфиров он слишком часто проходил мимо того места, где пролегал мой путь. Первое лето я была вся в розах каждый день. Сейчас такого нет, думаешь, что-то не то, надо «попилить» его дома на эту тему. Мы очень давно вместе, со студенческих времен, и если бы поженились в первый год знакомства, спокойно могли бы дожить до золотой свадьбы. Но сейчас золотая свадьба нам не светит, потому что мы не сразу поженились.

Муж у вас тоже деловой человек, руководит крупным предприятием самоуправления, член правления. А кто в семье главный?
Да, он работает на очень ответственной работе, где каждое решение может повлиять на очень многое и многих. Дочка очень часто говорит, что она тоже хочет быть боссом. Потому что мы все вот такие руководители. Если спокойно подумать (а это редко бывает), очень интересно дома, когда два руководителя. Каждому его мнение кажется единственно правильным. Но если раньше мы еще спорили о лидерстве, то с появлением дочки сразу стало понятно, кто главный в семье. Самый младший, который иногда сердится, что не она все решает: «Мама, я хочу стать боссом!» «Милая, боссом так просто не становятся, надо много учиться, много работать, одного желания мало». А надо ли ей становиться боссом на самом деле?

Так как вы между собой с Янисом решаете проблему лидерства?
Мы все еще решаем. Поэтому и интересно.

А кто готовит еду?
Я могу готовить на самом деле неплохо, но лучше поскромничаю. Он тоже готовит, у него даже одно из образований — сертификат повара. В детстве я постоянно маме говорила, что у меня муж будет Янис, и он будет повар. Я даже помню картинку: я маленькая, Резекненская автостанция, голуби, мы с мамой ждем автобус, и я ей говорю: Mans vīrs būs Jānis, un viņš būs pavārs. А если серьезно, то мужские и женские дела мы можем оба делать. Быть с ребенком — это у нас тоже общая функция. Я могу уехать в командировку или по программе обмена опытом. Но в таком случае моя мама, конечно, очень помогает. Она вообще вышла на пенсию, когда я родила дочку, чтобы я могла продолжать работать, и я ей за это очень благодарна.

Злые собаки и два зеленых зайца

Диана, а какой был ваш первый рабочий опыт?
Моя мама была начальником почтового отделения, и моя первая работа — почтальон. Летом, когда у меня были каникулы, а одна из ее работниц уходила в отпуск, я возила газеты на велосипеде, бегала от собак (все еще ненавижу собак, которые не на привязи). Правда, я там зарплату не имела, ее мама получала. А вообще в детстве приходилось и редиску полоть, и картошку копать.

Следующая работа была в 11-м классе, но, скорее, не работа, а так, занятие. Что-то там мне заплатили, что-то не заплатили, остались в долгу. Я работала на радиостанции сначала диджеем, потом программным директором.

А кто взял такую молодую девочку диджеем на радио? И как это совмещалось со школой?
Ну, молодая, симпатичная… У меня очень хороший радиоголос на самом деле. Я была фанаткой одной местной радиостанции, меня там уже узнавали по голосу. Весь коллектив только и ждал, когда я подам CV. А потом был конкурс на место диджея, я тоже пришла, и мой голос оказался самым лучшим. Так все и началось. На возраст не смотрели. На самом деле молодые хотят что-то делать, надо давать им возможность.

Хотя самое первое рабочее место, еще перед радио, у меня было на местном телевидении. Мы с подружкой решили, что летом, чтобы не скучать, надо чем-то заняться. Мы пришли на студию и сказали: у нас каникулы два месяца, дайте нам что-нибудь поделать, все равно что.

И что вы делали?
Все, что не хотели делать другие. Ну, например, нас послали делать сюжет. Это было, конечно, забавно. Два таких зеленых зайца приходят, а им говорят: «Вот микрофон, вот оператор, идите делать сюжет!» И мы шли. Всем кажется, что я бесстрашная, могу выступать, интервью брать… А первый опыт был такой: у меня в руках длинный-длинный микрофон, и мне надо брать интервью про какое-то удобрение. А у меня руки так дрожат, что я не могу микрофон удержать. Но мне нравится бросаться в холодную воду, где большой дискомфорт, а потом все вдруг складывается.

Готовили с подругой сюжеты, я делала озвучку. Но это все серьезная работа, которую невозможно совместить со школой, поэтому с началом учебного года она для нас закончилась.

А вот на радио я продолжала работать по субботам-воскресеньям.

После школы я поступила в Резекненскую высшую школу, но работала и во время учебы в вузе, например, вела мероприятия. Кроме того, вставала в три-четыре часа утра, бежала на радиостанцию собирать новости. Это не так, как сейчас, включаешь компьютер, и у тебя все в интернете. А сам ищешь, сам пишешь, особенно местные новости, делаешь озвучку, монтируешь и потом бежишь на лекции. Ну да, вообще-то я молодец на самом деле (смеется). В моем послужном списке также работа в местной газете и в новостном агентстве LETA корреспондентом по Латгалии.

Но когда я получила диплом бакалавра, то поняла, что радио — это несерьезная работа, просто увлечение, хороший опыт, но неперспективно, поэтому я приняла предложение работать с проектами в Службе занятости, а потом меня пригласили работать на полставки в городской думе в отделе пиара. Наверное, кто-то меня заметил, так как я не шла в общем порядке по конкурсу. В думе я начинала со специалиста по общественным отношениям, потом стала редактором домашней страницы, редактором газеты и, наконец, доросла до руководителя отдела. Никогда в своей карьере я не шла по головам людей, все происходило само собой. Но я всегда использовала любую возможность. Этому меня научила мама. Она всегда говорила: «Не бойся! Ну что ты теряешь? Попробуй!» И также я приняла абсолютно сумасшедшее решение возглавить GORS.

«Мне всегда 27!»

Какой вы представляете себя на пенсии, чем будете заниматься?
Во-первых, я не уверена, что со всеми переменами я когда-нибудь получу пенсию. Я себя на пенсии не вижу. И думать об этом мне как-то страшновато, честно говоря. Довольно типичная ситуация, когда человек себя профессионально изжил на работе, и все это понимают, что ему надо бы уйти на пенсию, а ему страшно, потому что, выйдя на пенсию, он не знает, чем ему заняться. Вот такой ситуации я боюсь.

Но я не думаю, что стану этакой пенсионеркой, которая будет сидеть дома и вязать носки. Это не про меня. Я хочу быть активной пенсионеркой, вернее, не пенсионеркой, а женщиной, и надеюсь, что еще буду кому-то нужна и интересна. Но идти на пенсию в шестьдесят с небольшим лет и ничего не делать — это мне тоже кажется очень скучным. Приятно, что ты можешь самовыражаться, как ты хочешь. Я буду работать, буду «доставать» людей, учить их, как надо организовывать концерты, приходить в GORS, какую-то бедную молодую девушку буду доставать своей критикой: «Что вы делаете, в мое время такого не было!», да, я такая (смеется)! Я надеюсь, что когда я выйду на пенсию, я смогу своей дочке помочь с ее детьми, так, как мама мне помогала, я должна буду отплатить той же монетой. На самом деле моя пенсия не так далеко. Но мне все равно, сколько мне лет, мне всегда 27.

Татьяна Мажан/«Открытый город»

Фото: архив Дианы Зирнини, страница GORS в Facebook.com
 

 

16-09-2022
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Журнал
№10-11(151-152) Октябрь-Ноябрь 2022
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Люди и визы: почему мы отказываемся от "умных голов"
  • Алексей Венедиктов о вегетарианцах, мясоедах и людоедах
  • Война и мэр
  • Михаил Горбачев: ревность во время бури
  • Эрик Пуле: "Бокс -- часть стратегического партнерства Латвии и США"